войти

«2009.09.09 Любимый город»

Расшифровки передач

Расшифровка — это текстовая версия передачи.

Вы можете оказать неоценимую помощь программе «Серебряные нити», если сделаете расшифровку этой и других передач. Расшифровки позволяют другим людям быстро знакомиться с передачами, находить передачи через поисковые системы, а также становятся основой для книг, выпускаемых автором передач.

Чтобы сделать новую расшифровку, нужно:

  • зарегистрироваться на форуме «Серебряные нити».
    (для регистрации пройдите по ссылке:
    http://www.serebniti.ru/forum/ucp.php?mode=register)
  • используя логин и пароль форума, войти здесь под ними
    (для этого нажмите на значок «ключик» (значок логина) в правом верхнем углу сайта).

Теперь Вы можете создавать новые расшифровки и редактировать уже написанные!
(для этого пользуйтесь значками (создание текста и редактирование текста), находящимися справа от каждой аудиозаписи)

Любимый город

Доброй ночи. Доброй ночи всем, кто нас слушает, желает программа «Серебряные нити» и я, её ведущий, доктор Александр Данилин. Кроме книжной выставки - ярмарки в Москве, конечно же, отшумел День Города. И День Города, пусть даже и с небольшим опозданием, как мы часто делаем это в наших программах, заставляет задуматься. Ну, действительно, особенно в России это заметно, да и во всем мире тоже, - огромные просторы степей, лесов и полей, а жители почему-то сбивались с давних времён в кучки городов.
Город - это то, что нам так часто снится. То место, по которому мы бродим в своих мечтах. Место, в конкретных местах которого мы мечтаем о встрече с любимой. Что он значит в нашей жизни? Что это за символ такой человеческой души - город? Что ваш город, ваш родной город, а может быть не родной, но просто любимый, значит для вашей души, для вашего сердца. Почему, несмотря на пыль, грязь, автомобили, мусор, который мы так склонны, - ну впрочем, об этом мы уже говорили, - для нас так важны наши родные города? Почему мы чувствуем себя так неуютно без них, хотя сознанием понимаем, что всё не так хорошо в наших городах. Что даёт нам город?
Конечно же, программа «Серебряные нити», это программа о душе человеческой, поэтому всё, что вы думаете о том, что значит ваш город для вашей души. Что он делает для неё или у неё отбирает? Что вам снится, что вам хочется пожелать своим городам, как какому-то, между прочим, живому целому? Недаром, наверное, каждый город имеет свое имя.
Ну вот, только часть каких-то вопросов и тем, которые ассоциируются со словом «город», и которые сегодня нам бы ужасно хотелось обсудить с вами по постоянному телефону нашего прямого эфира: 495 - это код города Москвы, 956-15-14 - это наш телефон, по которому мы сегодня беседуем на тему, что значит для человеческой души город, в котором мы живём.
И, конечно же, ещё одна очень важная вещь. Мы живём во времена, мы свидетели этих времён, когда с городами нашими и с Москвой в том числе, происходит стремительное и, наверное, необратимое изменение. Во всяком случае, в городах изменения почти всегда необратимы. Как вы чувствуете эти изменения? Хорошо это или плохо? Что-то уходит из души? Или, наоборот, в ней что-то прибавляется? В общем, всё о городе, родном городе, любимом городе внутри наших душ по телефону 495 - это код города Москвы, 956-15-14 - это постоянный телефон прямого эфира радио России и программы «Серебряные нити». Не удивлю я вас сегодня музыкальными паузами, поскольку я собрал в них просто стихи и песни, которые до боли знакомы, - всем, надеюсь я, знакомы, и отражают какое-то, наверное, очень личное моё ощущение от городов, которые я знаю и люблю, и которые я ощущаю как города родные.

Музыка «Плач по Арбату» - Булат Окуджава

«Я выселен с Арбата, арбатский эмигрант.
В Безбожном переулке хиреет мой талант.
Кругом чужие лица, враждебные места.
Хоть сауна напротив, да фауна не та.

Я выселен с Арбата и прошлого лишён,
и лик мой оккупантам не страшен, а смешон.
Я выдворен, затерян среди чужих судеб,
и горек мне мой сладкий, мой эмигрантский хлеб.

Без паспорта и визы, лишь с розою в руке
слоняюсь вдоль незримой границы на замке,
и в те, когда-то мною обжитые края,
всё всматриваюсь, всматриваюсь, всматриваюсь я.

Там те же тротуары, деревья и дворы,
но речи несердечны и холодны пиры.
Там так же полыхают густые краски зим,
но ходят оккупанты в мой зоомагазин.

Хозяйская походка, надменные уста...
Ах, флора там всё та же, да фауна не та...
Я эмигрант с Арбата. Живу, свой крест неся...
Заледенела роза и облетела вся».



Наверное, дело в том, что я родился поблизости от Булата Шалвовича и зоомагазин, в общем, имеется в виду общий, и это чувство выселенности, эмиграции из московского центра мне почему-то очень хорошо знакома. И эта незримая граница тоже очень хорошо знакома. И ощущение какой-то пустоты, когда я брожу сегодня по московскому центру, посещает меня регулярно. И связано это отнюдь не с людьми, а с городом. Городом, - города моего детства больше нет. И это очень жаль. А вот, что с нами происходит, почему? Что это такая за «незримая граница», о которой поет Булат Шалвович. И почему «заледенела роза», я и хотел обсудить в сегодняшней программе.


Здравствуйте, Никита.
Никита: Доброй ночи.
А.Г.: Вы молодой человек, у меня написано Вам 22 года. Скажите, пожалуйста, Никит, что для Вас значит город Саратов?
Никита: Ну, в первую очередь для меня значит, это моя родина, где я родился. А родился я, конечно, в Советском Союзе ещё. Попал естественно под времена перестройки, будучи школьником. Сейчас, естественно, при демократическом… при демократической власти живу, вот. Ну, естественно, как рассказывают мои родители, как старшие естественно рассказывают, то, что жить… в советскую эпоху было естественно, как они говорят, лучше, вот. Мне же кажется, допустим, в одно время, когда я был молодым, что…
А.Г.: Жить вообще лучше тогда, когда мы живём.
Никита: Да…
А.Г.: Так…
Никита: Вот что при демократической власти кажется, что всем это лучше. Но естественно, если бы я родился чуть-чуть пораньше, я бы хотел бы, естественно, пожить во времена…
А.Г.: Никит…
Никита: Да.
А.Г.: Вы жили когда-нибудь подолгу вне Саратова?
Никита: Ну да. Я какое-то время жил в Москве, в общем, в нашей столице.
А.Г.: А, сколько времени жили?
Никита: Ну, я там жил 2,5 года.
А.Г.: В Саратов хотелось?
Никита: Ну, да. Как бы тяготел к своей родине.
А.Г.: А зачем? Вот что такое родной город?
Никита: Ну, родной город - это в первую очередь свои корни, вот.
А.Г.: Корни? - они у вас такие ветвистые, деревянные? Я просто имею в виду - это что? Это что за чувство?
Никита: Ну, это, естественно, в первую очередь провинция, в общем…
А.Г.: В деревню, в глушь, в Саратов, - да?
Никита: Да, да.
А.Г.: Ну я, - я, правда, в Саратове не был очень давно, но не такая уж это глушь и совсем не такая уж это провинция. Как бы, я уж думаю, что сегодня это совсем не глушь и не провинция. Поэтому… Понятно, что в Москве темп жизни выше, но в Москве интереснее, наверное, - всё-таки в целом больше развлечений, чем в Саратове, да? Мне интересно - почему хочется назад?
Никита: Ну, потому что хочется углубиться, - познать себя, в общем-то. В общем-то это две разные вещи. В общем, Москва - это мегаполис, другой совершенно ритм жизни. Все стремятся, все бегут, в общем-то. А как-бы я хочу углубиться в свои корни, вот. Я, в общем-то, тяготел всё время к науке, к познанию исторических ценностей, нашего менталитета, с чего это всё начиналось.
А.Г.: Ну, вот … я про менталитет. Всё-таки, что же для менталитета значит город?
Никита: Ну, в первую очередь, это конечно, ну как я уже повторюсь, история, вот. Знание своих предков, в общем-то, идеалистика.
А.Г.: Идеалистика…
Никита: Да.
А.Г.: Это что такое?
Никита: Ну, идеалистика - это, в первую очередь конечно, как бы сказать…

А.Г.: Спасибо, Никит. Я не хочу Вас мучить. Дело в том, что это, наверное, беда такая. Беда, из-за которой нам кажется, ну как же так,… очевидно,… вот родной город, родина. Ну вот, почему? - почему эта самая идеалистика, она же романтика, она же интерес к истории, вдруг тянет нас всех, всех, всех в родные города. Москва - город действительно чрезвычайно неоднородный и он разный. И поэтому москвичей скорее тянет в районы. Я это неоднократно замечал.
Но, вот что удивительно, посмотрите, - вот Город - это некая единица родины. Удивительная вещь, но для нас, - как мне кажется, может быть, я не прав, - для российского мышления, город важнее, ну скажем, квартиры. Может быть, это из-за количества наших многоквартирных домов, из-за, как бы, вот эту однокомнатную квартиру в пятиэтажке родиной как-то никогда назвать было нельзя. И коммуналку тоже.
А единицей родины, чего-то родного, всегда был город. А ведь единица родины - это единица личности. Дело в том, что корни - это ведь ощущение физическое,- правда? Суть физического ощущения заключается в том, что мы правда, физически чувствуем связь с этими домами, домами нашего детства, с этими улочками и переулками. И это связано не только с воспоминаниями, хотя воспоминания, конечно, тоже нас охватывают, но с неким общим чувством, - правда? Мы здесь чувствуем себя защищенными, здесь лежат границы моего «я», потому что в том числе из того немного, что я могу сказать о себе, - да? - определяя себя, кто я такой: Я москвич. Это, в общем, даёт довольно много информации. И это действительно так.
Вот наш, у каждого из нас есть внутренний город. В Москве - это район, квартал, улицы, дворы. Ну и в каждом городе тоже. Внутренний город - это система, вдумайтесь только, моей памяти. Это то пространство, в котором я размещаю «куски» самого себя в виде воспоминаний. Я могу не помнить их в подробностях и не останавливаться на них, когда я прохожу здесь, но там, где в тех стенах домов, в которые погружены мои корни, я чувствую себя собой. Этот город начинает меняться, и это чувство «меня» начинает уходить. На его месте поселяется неуверенность. И дело, - поразительная вещь, может быть никто не обращает на это внимание, - но, наверное, поэтому ведь, - да? - там, «ради человеческой памяти» - это очень абстрактно. Но, наверное, поэтому так берегут, европейцы, скажем, свои старые города. Они из этого сделаны. И пока старый центр жив, люди чувствуют себя гораздо увереннее. Потому что, ну как говорят и в психологии, и геодезии, да? - это реперные точки, это то, за что цепляется наша личность. Пространство силы и уверенности.
И даже приезжая за границу или скажем в Санкт-Петербург из Москвы, мы вот это особое московское пространство силы, немножко шебутное, запутанное, кривоватое, но зато с открытыми пространствами, приносим с собой, не только конечно в Санкт-Петербург, но и в любые другие города, а там пространство силы другое. Там другое пространство силы. И поэтому москвичи смотрятся иногда смешно. И вообще москвичей же в провинции, сейчас не знаю как, а раньше не любили просто без слов. Почему? А вот эта конфигурация человеческая она другая, она на другие реперные точки задействована. В чем-то шире, в чем-то уже. Это просто поразительно, но например, я неоднократно натыкался на всяких разных сеансах терапии с воображением на то, что у людей есть внутренняя карта. Они даже события, которые случились с ними, я не знаю, в эмиграции, в командировках, на отдыхе, вдруг как-то размещают сами для себя в каких-то уголках своих городов, вот на этой карте или структуре. Вот, наверное, что Никита имеет в виду под своим - под «историзмом» и «корнями». Жалко только, что при всей увлечённости, ну посмотрите, да? - мы, как мы не умеем выражать свои чувства. Потому что вот я говорю - и, наверное, большинству это кажется очевидным.


Здравствуйте, Наталья.
< … звучит на фоне лай собачки - «гав-гав»… >
А.Г.: Так. Это не Наталья, точно.
Наталья: Добрый вечер.
А.Г.: Добрый вечер.
Наталья: Нет, это Наталья. Добрый вечер.
А.Г.: Там лаял кто-то, просто.
Наталья: А это видимо соседская собака. Я сейчас на даче.
А.Г.: Понял. Слушаем Вас.
Наталья: Я хотела бы сказать вот о чём. Я северянка по своему складу души, люблю северные города. Вообще, люблю север. И честно говоря, вот, я хотела бы сказать вот о чём. Видимо для средневекового человека и, может быть, для человека античного мира город был защитой. У него были стены. Можно было за этими стенами укрыться, можно было эти стены, ну как Вам сказать, эти стены, ну вроде, защищали от неприятеля. Вот, если вспомнить из библии как евреи, вернувшиеся из плена, восстанавливали Иерусалим. Это же был вообще подвиг-то фантастический, потому что их было очень мало, сил было мало, средств было мало, нападали какие-то соседние народы и они всё равно, имея в руках оружие, восстанавливали эти стены. Т.е. вот эти стены для них были невероятно важны. У нас стен нет.
А.Г.: Смотрите. Они видимо, важны и остались, только ими стали дома и улицы, по той простой причине, что когда, да? - Вы из Петербурга?
Наталья: Да.
А.Г.: Очень рад, потому что очень мало у нас звонков из Питера. Там в это время идет какая-то другая программа местная. Я хотел сказать, что…
Наталья: А я на даче. По этому случаю, я и слушаю это, а в Питере я вообще-то радио не слушаю. Эта волна настроена на Великий Новгород.
А.Г.: Понятно, понятно. Я хотел сказать вот что. Я хотел сказать, что на самом деле, вот поэтому, когда вдруг стены этой крепости начинают разрушать и перестраивать, мы начинаем чувствовать себя беззащитными. По-моему об этом, именно об этом, как бы, и пел Окуджава. О том, что когда вот с этими нашими внешними стенами вдруг обходятся неожиданно и не бережно, у людей вдруг начинает вырастать чувство беззащитности, которую они, в общем, никак не могут объяснить.
Наталья: Знаете, когда с моими стенами начинают обращаться не бережно, то у меня, например, возникает очень серьезное возмущение. И вот сейчас весь Петербург кипит, шумит по поводу строительства газпромовской «кукурузины». Я Вам должна сказать, что состояния беззащитности-то нету. Как раз есть жуткое совершенно возмущение: как так, в таком-то городе да ещё какую-то кукурузину строить…
А.Г.: Состояние беззащитности…
Наталья: Пускай кукурузины строят где-то в другом месте.
А.Г.: Состояние беззащитности возникает тогда, когда, несмотря на все возмущения десять кукурузин, двадцать кукурузин, тридцать кукурузин на твоих любимых, в моём случае кривых улочках уже построили и никакое возмущение их уже не снесет. Спасибо большое, Наталья.


Здравствуйте, Лидия Дмитриевна. Алло, Лидия Дмитриевна…
Лидия Дмитриевна: Алло.
А.Г.: Да. Слушаем Вас.
Лидия Дмитриевна: «Москва!.. люблю тебя как сын», безумно, «пламенно и нежно!». Люблю. Ну не буду дальше пытаться. Я не очень хорошо помню. Это Вы помните откуда?
* * *
«Москва, Москва!.. люблю тебя как сын,
Как русский, - сильно, пламенно и нежно!
Люблю священный блеск твоих седин
И этот Кремль зубчатый, безмятежный.
Напрасно думал чуждый властелин
С тобой, столетним русским великаном,
Померяться главою и обманом
Тебя низвергнуть. Тщетно поражал
Тебя пришлец: ты вздрогнул - он упал!
Вселенная замолкла... Величавый,
Один ты жив, наследник нашей славы».
* * *


А.Г.: Да. Лидия Дмитриевна, она есть…
Лидия Дмитриевна: Это Лермонтов.
А.Г.: Это Лермонтов. Это есть, эта Москва?
Лидия Дмитриевна: Москва…
А.Г.: Для Вас…
Лидия Дмитриевна: Я родилась в Москве, на, как это сказать… Вы знаете переулок первый от Никитских ворот налево?
А.Г.: Знаю.
Лидия Дмитриевна: Вот там был роддом. И там я родилась. Всю жизнь свою, кроме эвакуации, я прожила в Москве.
А.Г.: Вот эта Москва - она есть?
Лидия Дмитриевна: И вот. В эвакуации, конечно, я тосковала по Москве. Ну, мне было ещё тогда от 9 до 13 лет. Вернувшись в Москву, я сразу поселилась у бабушки с мамой и бабушкой другой. Другая, вторая, мамина мама умерла, не переезжая на нашу квартиру. Наша квартира была занята. Потом нам освободили одну комнату, мы переехали сюда. Мы жили на улице Герцена, дом 44б, квартира 2. Маленький особнячок времён, может быть, даже Пушкин ходил по этим ступеням, потому что это был особняк, как бы Вам сказать, Гончаровых, но особняк - главное здание погибло. В том доме, где мы жили, жил управляющий…
А.Г.: Пристройка управляющего.
Лидия Дмитриевна: Что?
А.Г.: Пристройка.
Лидия Дмитриевна: Не расслышала.
А.Г.: Продолжайте, Лидия Дмитриевна.
Лидия Дмитриевна: Ну вот. Так что мы жили в самом центре Москвы. И потом, ну мы жили в общей квартире, в квартире было четверо жильцов…
А.Г.: Лидия Дмитриевна, Вы тоскуете по центру?
Лидия Дмитриевна: Нет.
А.Г.: Нет. А…
Лидия Дмитриевна: Я переехала сюда и увидела…
А.Г.: А сюда?
Лидия Дмитриевна: Когда я переехала в Бирюлево, я увидела зелёные сады, парки. И я…
А.Г.: И вдруг появился…
Лидия Дмитриевна: … переселилась в Россию, в Москву, которая была в России. Я люблю Россию больше, чем Москву.
А.Г.: Спасибо, Лидия Дмитриевна, спасибо большущее.
Лидия Дмитриевна: Пожалуйста.
А.Г.: Ну и поэтому, конечно, не всё время о Москве.


И ещё одни невеселые, но любимые зато, и всем знакомые стихи о Петербурге.

Музыка «Я вернулся в мой город» - Елена Камбурова, на стихи Осипа Мандельштама

ЛЕНИНГРАД
«Я вернулся в мой город, знакомый до слёз,
До прожилок, до детских припухлых желёз.

Ты вернулся сюда, - так глотай же скорей
Рыбий жир ленинградских речных фонарей.

Узнавай же скорее декабрьский денёк,
Где к зловещему дёгтю подмешан желток.

Петербург, я ещё не хочу умирать:
У тебя телефонов моих номера.

Петербург, у меня ещё есть адреса,
По которым найду мертвецов голоса.

Я на лестнице чёрной живу, и в висок
Ударяет мне вырванный с мясом звонок.

И всю ночь напролет жду гостей дорогих,
Шевеля кандалами цепочек дверных».



Мы по-прежнему на Радио России, по-прежнему в программе «Серебряные нити» и говорим об образе города в душах человеческих. И это была Елена Камбурова на стихи Осипа Мандельштама, ну что там комментировать.


Здравствуйте, Ольга.
Ольга: Здравствуйте.
А.Г.: Слушаем Вас.
Ольга: Александр Геннадьевич, когда Вы задали вопрос, что мы думаем о городах, и у меня мысли были сходные с тем, что Вы сказали потом. Т.е. я, конечно бы я побоялась первая сказать, о том, о чём потом развили Вы мысль. Я могу чисто, так вот, на чувственном уровне сказать, что когда, когда я приезжаю, прилетала в Краснодар, ещё будучи студенткой, он наваливался на меня, он как бы меня обнимал за плечи, и я чувствовала, что я дома. Я в том сообществе, в том сообществе людей, где меня поймут, где люди такие же, как я. Т.е. у нас сходная психика, сходная манера поведения. Не психика, психология, наверно.
А.Г.: Вообще, Вы знаете удивительная вещь, вот … Спасибо большое, Ольга. Очень слышимость плохая.

Я хотел сказать, что на самом деле это очень глубокая и важная человеческая характеристика, может быть одна из главных в человеке, - его отношение к пространству вообще. Потому что всегда есть и будут люди, для которых замкнутое пространство города кажется удушающим, давящим. Такое отношение к Петербургу, например, есть у Достоевского. Да? Несомненно, вот это - «давящие коридоры улиц» - для него. И есть такие как,… такие как Лидия Дмитриевна и Федор Михайлович Достоевский, которым хочется вырваться на простор, которые гораздо более свободно овладевают пространством. И, между прочим, это - свойство, которое надо знать про себя, потому что в этом и сила, и слабость личности. Но это необыкновенно ваше, важно наше отношение к пространству и наше умение владеть пространством. Пространством города, ограниченным пространством, пространством, - как сказала Лидия Дмитриевна, - России, всем пространством родины, как целым. Ну вот, ещё одна плёночка, которую мы получили ещё до начала нашего эфира.

«Здравствуйте. Спасибо за столь необычную и интересную тему. Город для его жителя, я думаю, это пространство, с которым человек постоянно находится во взаимодействии. Оно ежедневно его окружает, навевает мысли, отражает образ жизни своих обитателей. В одной из передач радиотренинга, который называется «Уроки с Катей», прозвучала такая мысль, что окружающие предметы нас формируют. Мне кажется, что наши города аналогично воздействуют на нас, создавая в нас определенный образ мыслей. Каждый город по-своему неповторим. В нём есть что-то своё. Независимо от того старинное ли это здание или современная новостройка, в них отражаются чувства, стремления и интересы жителей. Каждый вносит свою лепту в образ собственного города, делая, таким образом, его воплощением своего внутреннего мира.
Я думаю, в самом значении слова «город» скрывается его смысл в нашей душе. Первоначально однокоренные слова переводятся как сад и ограждение. В воображении, выполняя упражнение, мы многократно создавали некоторое пространство или поляну, которые видели как бы в себе, внутренним взглядом. А образ наших городов появляется во вне. Это такое же пространство, но в реальности. Только создается оно всем населением. В этом город напоминает книгу, которая открывает читателю тайны своих героев. Смотря на его жизнь, можно ощутить состояние его жителей. Каждому в городе нравится что-нибудь своё. Кто-то путешествует по образам других городов, знакомясь так с чем-то незаметным в своей душе. Но я считаю, что город создает наш внутренний мир, а мы его образ. И недостатки, негативные изменения городов, происходящие в нём проблемы, происходят из-за проблем собственной души. Поэтому, наверное, чистота на улицах и память о прошлых эпохах, памятниках архитектуры, парки и храмы, как участки природы и веры, сохранятся только тогда, когда будет порядок и согласие в самом себе. Спасибо. Наталья. Город Москва».

Спасибо, Наталья. И спасибо ей за то, что она вспомнила про историю, про учительницу Катю, потому что хочу сказать одну вещь, - боюсь, не успею, просто. И хочу сказать, что Катя,… у Кати было поразительное ощущение, - отношение к городам. И в этом отношении, как минимум, что-то есть. Она считала, что мы одушевляем города. А мы одушевляем очень многие города. Давайте, кроме родных городов, вспомним, что есть ещё Атлантида, есть ещё невидимый град Китеж, - правда? Есть ещё Шамбала, - в видениях многих она тоже город, где живут просветленные люди. Я сейчас не о реальности или нереальности этих городов, я о том, что Катя считала, что города, - вот такая поразительная мысль, которой, конечно, в радийном тренинге не было. Так вот она считала, что города - это некая… метафора, образ, живых существ, которыми мы будем… после смерти. Вот, она считала, что как бы отдельное человеческое существо входит как часть в состав огромного гораздо большего существа человеческого - великана. И вот города для нас, дома в этих городах - это образы этих великанов, живых существ, состоящих из сотен тысяч живых душ. Ну, почему я об этом вспоминаю, потому что в тренинге об этом не сказано ни слова. Пусть кто-то считает это бредом, но тема сегодня такая мечтательная. Так вот, и поэтому мы чувствуем такое особое родство к домам, к светящимся окнам, - да? - в темноте. Поскольку эти образы смутно нам знакомы. Мы знаем, что, - как-то очень по-своему, - когда нас не станет, мы войдём в состав вот такого огромного живого дома. Кстати говоря, это очень похоже на некоторые рассказы о Шамбале с его двигающимися такими городами. Мысль неожиданная, но пусть она останется для вас метафорой. И её нельзя было услышать, но можно прочесть в книжках, которые мы издали пробным тиражом, вы это знаете уже.
* * *
Я только хочу сказать следующее. До звонка Натальи у нас было, наверное, ещё пять звонков с просьбой выслать книжку. Честное слово - у меня на данный момент нет ни одной книжки даже дома. Так сложилось. Пожалуйста, книжку можно спокойно заказать. Вот весь остаток тиража, который не продан на выставке, он не очень большой, но, по-моему, достаточный, - можно заказать по телефону… Можно ещё через интернет. Я думаю, что все кто захочет приобрести книжку сможет её заказать,… ну вот, пожалуй, и всё.
* * *


Здравствуйте, Ирина Николаевна.
Ирина Николаевна: Добрый вечер.
А.Г.: Извините, что я Вас заставил так долго ждать.
Ирина Николаевна: Ничего. Хочу сказать спасибо за Вашу передачу, и за то, что Вы есть.
А.Г.: Вот,… Спасибо, Вам.
Ирина Николаевна: Я хотела сказать вот о чём,… мне 53 года. Так вот, 25 лет я прожила в городе Гродно в Белоруссии, а 29 лет живу в Москве. Так сложилась судьба. Два раза в год я приезжаю в свой родной город, где я родилась. Папа сейчас там живет, мамы уже нет. Есть сестры, есть подруги. И знаете, очень люблю ходить по городу, потому что каждый уголок напоминает о чём-то. Ну, например, вот здесь, например, было первое свидание, здесь мы с мамой гуляли, здесь с отцом, и с сестрами, и с братом в детстве в парк ходили и т.д. Но я Вам хочу сказать, что сейчас город становится неузнаваемый. Хотя моя сестра говорит: «Ты посмотри как у нас красиво. Вот за этот год, пока ты не была, сделано это, это, это». А Вы знаете, я тоскую по тому, что было тогда. По старой площади, которую сейчас обновили и она неузнаваемая. Я тоскую по реке небольшой, которая протекала в центре города. Сейчас её замуровали в камень. Тоскую по некоторым памятникам старинным, которые, скажем, в том же самом виде, но перенесли, скажем, подальше от тротуара, скажем вглубь. Но я же знаю, что это здание не то, это просто его построили заново в том же облике.
А.Г.: Спасибо большое...
Ирина Николаевна: Поэтому какое-то беспокойство вот такое и тоска.

А.Г.: Спасибо, Ирина Николаевна. Похожие вещи на то, что… на то, что говорил я.
Я в заключение,- я извиняюсь, ещё есть несколько человек, которые дозвонились. Но увы, - время наше стремительно бежит к концу. А я хочу сказать вот что. Я хочу сказать, что вот на нашей маленькой страничке в Интернете,… прозвучала, по-моему, очень верная мысль о том, что не только города создают своих жителей, но и жители, конечно же, своими чувствами, мыслями и воспоминаниями создают города. Может быть, кто-то помнит из наших старых, постоянных радиослушателей, наш тренинг «Волшебный город». Я хочу сказать, что любой город, - наш с вами, - вот тот, который «за чертой» у Окуджавы, - он всегда волшебный. Он волшебный потому, что можно сделать усилие, вспомнить этот город, вот тот город нашего детства. Вспомнить его детали и там разместить свои просьбы. Там, в воображении, вспоминая этот город, поговорить со своими детьми, близкими, родственниками, встретиться с ними. И эта встреча на улицах родного города, которого больше нет, иногда бывает эффективнее, чем встреча в реальности. Да? Когда вы представляете себе, что встречаете близкого человека, которому что-то хотите сказать, на улицах этого своего родного воображаемого города.
Эх, хорошо бы, чтобы начальники наши городские тоже не разучились чувствовать, что города живые! Ну, а в следующий понедельник мы с вами попытаемся поговорить,… ну просят меня многие и по идеи интернета, будем говорить на тему: кто кого, Россия алкоголизм или алкоголизм Россию. Поговорим о том, - можно как-то справиться в России с пьянством? Что такое профилактика алкоголизма? Что можно придумать? Вот такая не очень радостная тема.
Спасибо всем. Спокойной ночи.

Музыка «Голубые Города» (А. Петров, Л. Куклин) - Эмиль Горовец

«Города, где я бывал,
по которым тосковал,
мне знакомы от стен и до крыш.
Снятся людям иногда
их родные города -
кому Москва, кому Париж.

Ну, а если нет следов
на асфальте городов -
нам и это подходит вполне.
Мы на край Земли придём,
мы заложим новый(первый) дом
и табличку прибьём на сосне.

Все на свете города
не объехать никогда -
на любой остановке сойди.
Есть у нас один секрет:
на двоих нам сорок лет,
как говорят: «Всё впереди!».

За ночь ровно на этаж
подрастает город наш,
раньше всех к нам приходит рассвет.
Снятся людям иногда
голубые города,
у которых названия нет.

За ночь ровно на этаж
подрастает город наш,
раньше всех к нам приходит рассвет.
Снятся людям иногда
голубые города,
у которых названия нет.

Снятся людям иногда
голубые города,
у которых названия нет».

 
17.12.2017 Выложен тренинг "Умение понимать другого человека", который ранее нигде не публиковался...
11.03.2017 Существенно улучшилось качество звучания в тренинге "Божественная комедия".
Те, кто скопировал и хранит этот тренинг у себя, - можете обновить свою копию...
25.01.2017 Полностью обновлён тренинг "Поваренная книга магии". Главное - теперь вы можете узнать, о чём он (появилось содержание) :)
14.01.2017 Впервые выложен "Разноцветный тренинг"!
27.10.2016 Большое пополнение бесед за 2007 год!
Добавилось более 100 передач, которые раньше не выкладывались.
А качество выложенных ранее передач за 2007 год заметно возросло.
01.06.2013

Большое пополнение бесед за период 20.02.2006 - 29.12.2006.

Из них 39 передач перезалиты с лучшим качеством, остальные 49 выложены впервые.

04.09.2011

Алексей Попов завершил работу над тренингом "Уроки с Катей -2 — Парижская история, или Языческие корни";
на данном сайте впервые выложена качественная аудиоверсия тренинга (в стереозвуке)

27.06.2011

запущена тестовая версия.

23.06.2011

старт проекта.