войти

«2014.01.17 Софья Ковалевская - мешает ли гениальный ум женскому счастью»

музыка исп. Елена Фролова:

00:00: Не хочу ни любви, ни почестей…(текст Марина Цветаева);

00:07: Писала я на аспидной доске…(текст Марина Цветаева);

00:25: Романс скрипача (текст Иосиф Бродский);

00:42: Золото моих волос (текст Марина Цветаева).

Расшифровки передач

Расшифровка — это текстовая версия передачи.

Вы можете оказать неоценимую помощь программе «Серебряные нити», если сделаете расшифровку этой и других передач. Расшифровки позволяют другим людям быстро знакомиться с передачами, находить передачи через поисковые системы, а также становятся основой для книг, выпускаемых автором передач.

Чтобы сделать новую расшифровку, нужно:

  • зарегистрироваться на форуме «Серебряные нити».
    (для регистрации пройдите по ссылке:
    http://www.serebniti.ru/forum/ucp.php?mode=register)
  • используя логин и пароль форума, войти здесь под ними
    (для этого нажмите на значок «ключик» (значок логина) в правом верхнем углу сайта).

Теперь Вы можете создавать новые расшифровки и редактировать уже написанные!
(для этого пользуйтесь значками (создание текста и редактирование текста), находящимися справа от каждой аудиозаписи)

«Не хочу ни любви, ни почестей:
— Опьянительны. — Не падка!
Даже яблочка мне не хочется
— Соблазнительного — с лотка…
Что-то цепью за мной волочится,
Скоро громом начнёт греметь.
— Как мне хочется,
Как мне хочется —
Потихонечку умереть!»

(Марина Цветаева Июль 1920), муз. Е.Фролова

«Мои слава и ум лишили меня обыкновенного женского счастья... Почему меня никто не может полюбить? Я могла бы больше дать любимому человеку, чем многие женщины. Почему же мужчины любят женщин самых незначительных, и только меня одну никто не любит?» - так писала Софья Васильевна Ковалевская.
Она родилась 15 января 1850 года. И я думаю, не стоит даже вспоминать о том, что она была первой женщиной профессором в истории человечества, - во всяком случае, европейского человечества. Одним из величайших русских математиков, так и никогда не нашедших своего применения в России. Но вопрос, который она поставила в своих автобиографических записках, наверное, по-прежнему актуален для бесконечного числа, для целой череды женщин…

Действительно, ум и слава лишают женщину обыкновенного женского счастья? Или нет? Вот этому самому «обыкновенному женскому счастью»? Ум, занятие наукой, философией, математикой, писание стихов, повестей и драм, - всё это делала Софья Васильевна Ковалевская. Мешают? Они вот с этим самым «женским счастьем» совместимы или нет? И какое оно вообще, вот это самое женское счастье
Стихи Цветаевой вначале... Потому что если есть для меня какая-то внутренняя нить, нерв, соединяющий женщин разных времён, то нерв Ковалевской и нерв Цветаевой я чувствую как-то очень похожими друг на друга. 

О математическом таланте Софьи Васильевны ходили легенды. Одни говорили, что её мозг устроен иначе и весит больше, чем у простых смертных. Другие утверждали, что в ней говорят гены гениальных учёных по материнской линии. Но очень близкие ей люди всегда знали, что её увлечение наукой, - именно её, - она сама считала компенсацией, заменой любви, которой у неё не было. Тема нелюбви преследовала Софью Ковалевскую всю жизнь.
И сегодня я хочу спросить вас: дорогие женщины, в первую очередь, что же такое женское счастье? Мешают ли занятия наукой, математикой, философией, поэзией менеджментом? Ну, как-то в своём браке Софье Ковалевской, между прочим, отчасти довелось заниматься и тем, что сегодня называется «менеджмент». Или бывают какие-то разные формы женского счастья? Или не нужно было Софье браться за эту загадочную науку математику? Или математика - или личная жизнь? Или математика - или любовь? Или ум - или женское счастье? Одно из двух? Так это или не так?
По крайней мере, в России времён Софьи Ковалевской именно так и думали: или женщина - или профессор. Или женщина - или член-корреспондент академии наук. Или женщина - или приват-доцент. Ну, хочешь быть женщиной? – в математику не лезь, – счастья у тебя никакого не будет, как у Софьи Ковалевской. Между прочим, коллеги мои, психиатры, когда-то писали, что, как-бы, Ковалевская была «не совсем женщиной». Вот я читал такого рода работы конца 20-х – начала 30-х годов. А как думаете вы? Можно совместить одно и другое? Или вот – или ум, или женское счастье?

Музыка. «Писала я на аспидной доске…» ст. М. Цветаева, муз. Е.Фролова

«Писала я на аспидной доске,
И на листочках вееров поблёклых,
И на речном, и на морском песке,
Коньками по льду и кольцом на стёклах, -

И на стволах, которым сотни зим,
И, наконец — чтоб было всем известно! -
Что ты любим! любим! любим! — любим! -
Расписывалась — радугой небесной.

Как я хотела, чтобы каждый цвёл

В веках со мной! под пальцами моими!
И как потом, склонивши лоб на стол,
Крест-накрест перечёркивала — имя…

Но ты, в руке продажного писца
Зажатое! ты, что мне сердце жалишь!
Непроданное мной! внутри кольца!
Ты — уцелеешь на скрижалях».



В семье Ковалевских была старшая дочь Анна; естественно, Федя – надежда семьи, единственный мальчик. И средняя девочка Софья, по всей видимости, получала чуть меньше внимания, чем все остальные, и поэтому очень хотела быть поближе к папе. Потом, правда, писала, что и к маме тоже… И поэтому даже интерес к математике у неё возник как-то не сам по себе, совсем. 
В действительности, как она писала сама, стимулом послужил самый обычный разговор девочки с собственным папой. Он однажды за обедом спросил дочь – «ну что, Софа, любишь ли ты арифметику?» – «Нет, папочка», - был её ответ. На что отец заволновался и сказал: «Как же так, Софа? Математика очень важна, полюби её. И полюби больше, чем другие научные предметы, которые ты изучаешь». Четыре месяца Софии понадобилось, чтобы сказать отцу: «Да, папочка, теперь я люблю заниматься арифметикой. И она доставляет мне невероятное удовольствие». 
Ну, наверно многие знают, что по счастливой (для папы, кончено) - видимо, хочу получить ответ на этот вопрос, но никак не могу - для Софии случайности даже стены детской комнаты, в которой она жила, были оклеены записками по дифференциальному исчислению. 

Оказывается, когда Корвин-Круковские (это девичья фамилия Софьи Ковалевской) переезжали из Петербурга в своё имение Полибино, им нужно было обклеивать обоями комнаты дома. И на одну из детских - обоев просто случайно не хватило… Выписывать их и привозить из Петербурга было сложно и дорого, и решили поклеить стены простой бумагой. Так вот, на чердаке нашлись листы литографированных лекций Остроградского о дифференциальном и интегральном исчислении. Соня, будучи трёх-пятилетним ребёнком, как говорят, интересовалась странными знаками, водила по ним пальчиком и подолгу простаивала перед ними, пытаясь разобрать, что же там написано. Ну, вот от ежедневного разглядывания ребёнком бесчисленных формул, хоть они так и не были поняты, они, видимо, стали каким-то таким клише, которое зафиксировалось в памяти. Потому что когда ей пришлось столкнуться с решением дифференциальных и интегральных уравнений, она их освоила практически мгновенно, поразив учителей. И её учитель, один из её учителей Иосиф Малевич писал, что было такое впечатление, что она всегда знала дифференциальное и интегральное исчисление. Вот так-то вот! родители, какое значение иногда оказывают непонятные и загадочные обои. Ну, впрочем, о любви и счастье вот что сказала наша радиослушательница Ирина.

Ирина: «Здравствуйте, меня зовут Ирина. Честно говоря, не очень мне понятно про это противопоставление ума и счастья. Почему ум и счастье это точка перепутья, на которой надо выбирать либо то, либо другое? А если счастье это и есть способность познания? Познания чего бы то ни было: человека, мира, абстрактных идей, себя. Почему этот выбор поставлен рядом с судьбой Софьи Ковалевской? 
То, что она умна, она доказала всему миру. Была ли она счастлива? Об этом могла сказать только она одна. Да, есть строки её писем, где она жалуется на свою несчастную женскую долю, на обделённость любовью. Но ведь её любили и она любила. Разве это не счастье?
Фиктивный брак с Владимиром Ковалевским становится реальным. И не могло это случиться без взаимной любви. Ведь два умных, сознательно пошедших на фиктивный брак человека, могли остаться вместе только при возникновении взаимного чувства. Разве это не счастье? 
Рождается дочка, какое-то время они вместе живут и работают в России. Но нет здесь для Софьи Васильевны никаких перспектив для реализации её интеллектуального потенциала. Брак начинает разрушаться, потому что из него уходит чувство. Разными людьми оказались Софья Васильевна и Владимир Онуфриевич. Софья уезжает за границу, чтобы продолжить всерьёз заниматься математикой. Было ли это счастьем или несчастьем? Можем ли мы однозначно со стороны об этом судить?
В своей интеллектуальной деятельности она добивается невероятного. Она признана учёным сообществом мира. Она первая женщина профессор. Она пишет научные работы и публикует их в журналах. Она получает престижные учёные премии. Но главное: она реализует своё математическое дарование, свой математический гений. Разве это не счастье?
И вновь она встречает свою любовь. И вновь это чувство взаимно. И снова Ковалевский, но теперь Максим Максимович, становится её близким другом и любимым. Разве это не счастье? Очень сложное и сильное чувство двух талантливых и внутренне свободных людей. Они расстались в 1890 году после счастливой совместной поездки по Ривьере. А 29 января 1891 года Софья Ковалевская умирает от воспаления лёгких. Принесла ли она своё чувство в жертву науке или продолжала его любить, мы не знаем. Возможно, со временем они бы нашли компромиссные условия для осуществления и научного творчества, и их взаимной любви. Возможно, осмысление этих взаимоотношений мы смогли бы прочитать в её литературных произведениях или дневниковых записях. Но этому помешала ранняя смерть Софьи Васильевны. 
Была ли счастлива эта женщина, реализовавшая себя и как мать, а как возлюбленная, и как учёный? Я думаю, что была. Может быть, это было счастье нам непонятное, нам непривычное, но может ли творить несчастный человек?
Да, «во многой мудрости много печали» и «горе от ума», но тем полнее мгновения счастья, когда удаётся преодолеть и печаль, и горе. Так может быть они, эти незабываемо ярко переживаемые мгновения счастья, стоят того, чтобы следовать за своим умом и реализовывать его? А может быть просто есть два понятия о счастье. Ведь говори же мы трудное счастье. Значит должно быть и что-то вроде как «счастья лёгкого». Ум более склонен к первому и разрушает второе. Ведь он никогда не остановится на достигнутом. Он, постояв, низвергнет душу в новое напряжённое желание поиска новой цели и путей её достижения. А это часто сопряжено с неуверенностью, с тревогами, с неизвестностью, с возможными ошибками и тупиками и со всякими такими состояниями, которые редко можно назвать счастьем, но хотя и несчастьем это тоже не назовёшь. Ну, а сердце, т.е. чувство, как известно, может успокоиться достигнутым и в этом достигнутом остаться пребывать. Может быть, только в этом и есть противопоставление ума и счастья». 
А.Г.: Ну, вот ведь не знаю. Очень хотелось бы услышать ответ от наших слушателей. 

А.Г.: Здравствуйте, Валентина Васильевна.
Валентина Васильевна: Очень приятно вас тоже слышать. Я редко, но дважды с вами общалась. Я из Зеленограда. Мне очень много лет уже. Если бы пораньше была передача я бы чаще с вами общалась. Но, к сожалению, если я не засну… спасибо фигурному катанию, я и не сплю, поэтому…
А.Г.: Спасибо фигурному катанию, так нужны женщине ум и увлечения?
Валентина Васильевна: И то, и другое. Лично я счастлива и в том и другом. У меня есть двоюродная сестра, которая умом счастлива. Почему? Потому что она в науке. Она счастлива.
А.Г.: А в личной жизни как у неё?
Валентина Васильевна: Никакой. Она живёт одна. Она вышла замуж, потом сразу развелась, детей нет. И она живёт одна и счастлива. В науке она вся. А я счастлива во всём. И в профессии. Мне 8-й десяток… мне много лет.
А.Г.: А в науке вы счастливы, Валентина Васильевна?
Валентина Васильевна: В своей профессии. Наука ли, не знаю, если профессия.
А.Г.: Профессия, в общем, всегда на науке держится… Спасибо большое, Валентина Васильевна.
Валентина Васильевна: Ну вот, я счастлива в науке.
А.Г.: Спасибо большое, потому что можно же ещё успеть, действительно, на фигурное катание. Я думаю так.

А с Софьей Васильевной всё было, мне кажется, не просто. Наверно потому что просто в те времена ещё фигурного катания по телевизору не показывали. Нет-нет-нет, я не в обиде и не в конкуренции. Я просто хочу сказать что, в общем, 41 год ведь был Софье Ковалевской, когда она умерла. А сколько всего успела она сделать! И в общем, на самом деле, как бы она не говорила и не писала, сколько она успела и любить. Пусть, с её точки зрения, любить несчастливо.

Между прочим, сейчас наверно мало кто помнит, что первой любовью юной девушки был Фёдор Михайлович Достоевский. Её старшая сестра Анечка с головой была увлечена сочинительством и отправляла свои рассказы, маленькие повести в журнал «Эпоха», который редактировал Фёдор Михайлович Достоевский. Ну, вот пока младшая с упоением решала математические задачи. Фёдор Михайлович увлёкся Анечкой Корвин-Круковской, это была чуть ли не первая его большая любовь. Он сделал ей предложение. Но Анна ему отказала, её сердце осталось холодным. Между прочим, девушка она была тоже чрезвычайно рассудительная. 
Вот послушайте, что написала позже София в своих воспоминаниях об её словах, словах старшей сестры. Она говорила:«Ему нужна совсем не такая жена как я. Его жена должна совсем! совсем! посвятить себя ему. Всю свою жизнь ему отдать, только о нём и думать. А я этого не могу, нет. Я хочу сама жить, быть самой собой. К тому же он такой нервный, требовательный. Он постоянно как будто захватывает меня, всасывает меня в себя. При нём я никогда не бываю сама собою». Во всяком случае, вот так Софья отразила тот давний разговор в своих воспоминаниях. И в тех же воспоминаниях написала, что сама была влюблена в известного писателя до безумия, до головокружения. Если бы он заметил её рядом с сестрой, то она, да, непременно бы ответила Фёдору Михайловичу согласием. Наверное, для девочки подростка вот эта мечта раствориться без остатка, провалиться в любимого человека является своего рода идеалом. Но сама Соня Ковалевская на это никогда так и не будет способна. И возможно, вот от этого провала в любимого человека, - который не хотела, между прочим, принимать и Анна, которая была постарше, - Соню Ковалевскую спасла её математика, её наука. Поскольку много ли на свете людей, которые достойны того, чтобы в них провалиться? - Вот этот вопрос очень редко задают себе женщины.

А.Г.: Здравствуйте, Юрий.
Юрий: Здравствуйте, Александр Геннадиевич и дорогие радиослушатели. Замечательная, величайшая женщина-математик Софья Васильевна Ковалевская. Но вот что хочу заметить, что интеллект требует равного по интеллекту партнёра, поэтому и в общем-то неудача в личной жизни. И что хочу заметить, что женское счастье это родить дитё или детей и помыкать ими и мужем.
А.Г.: И нафиг не надо никакой математики, менеджмента и так далее.
Юрий: Нет, это такое обывательское женское счастье. А математика, математика это от Бога дано. Всего доброго.
А.Г.: Так бывает такое женское счастье?
<Обрыв связи>
Ну, вот видите, как бы вам сказать, Юрий недаром звонит из города Сочи, там остались только одни мачо, они считают, что женское счастье это сугубо рожать кучу детей, и всё. А как же вот те спортсменки, которые сейчас приедут к вам в гости, Юрий? Они же тоже будут очень заняты…

Ну что ж, ещё одно стихотворение. На сей раз не Цветаевой, ну уж очень я его люблю.


Музыка. «Романс скрипача» Ст. И. Бродского, муз. Е. Фроловой

«Тогда, когда любови с нами нет,
Тогда, когда от холода горбат,
Достань из чемодана пистолет
Достань. И заложи его в ломбард.

Купи на эти деньги патефон
И где-нибудь на свете потанцуй,
В затылке нарастает перезвон,
Ах, ручку патефона поцелуй.

Да, слушайте советы скрипача,
Как следует стреляться сгоряча,
Не в голову, а около плеча,
Живите только, плача и крича!

На блюдечке я сердце понесу
И где-нибудь оставлю во дворе,
Друзья, ах, догадайтесь по лицу,
Что сердце не отыщется в дыре

Проделанной на розовой груди
И только патефоны впереди,
И только струны, струны, провода,
И только в горле красная вода.

Тогда, когда любови с нами нет...»




Ну, так вот, я обещал рассказать, каким образом Софье Ковалевской довелось побыть менеджером. В 1878 году в семье Ковалевских родилась дочь. И брак, который был как-бы браком подставным ради возможности учения и отъезда за границу, они попытались сделать настоящим, и долг перед семьёй заставил Владимира Ковалевского заняться коммерцией. Занимался он ей, разумеется, как водится, на наследственные деньги Софии, а она пыталась рассчитать правильность расходов, и руководить мужем (вот как тут у нас говорили), ну, правда из этого ничего не вышло. И Владимир потерпел полное фиаско в бизнесе, истратил все деньги семьи, и, в общем, на фоне этого развелось тяжкое душевное расстройство. Он пришёл в полное отчаяние, и весной 1883 года лишил себя жизни. Вот такая ведь история… была с Софией…
Ну, а самой большой любовью своей жизни София Ковалевская считала ещё одного Ковалевского, Максима Ковалевского. Однофамильцем этот учёный, правовед социолог был лишь по иронии судьбы, никак с предыдущим мужем Софии он связан не был. Она писала о нём, что «он был такой большой, такой grossgeschlagen и занимал так много места не только на диване, но и в мыслях ... что я не уверена…, удалось ли бы мне окончить свою научную работу,… если бы он остался в Стокгольме…»
Максим Максимович, по всей видимости, любил жизнь и любил женщин, - всех и сразу. И тридцативосьмилетнюю Софью он полюбил искренне, страстно, но, к сожалению, не на долго. И когда он присутствовал во время её триумфа - во время получения даже увеличенной, чрезвычайно престижной премии в Париже, - это была премия Бардена за усовершенствование теории движения твёрдых тел. Я не буду рассказывать о том, что написаны учебники, но Ковалевский был на церемонии награждения. Он смотрел, как аплодировали стоя математики его любимой женщине. И знаете, что он ей сказал после церемонии награждения? Он ей сказал, что ей не нужно было этого делать, потому что у неё на лице появились новые морщинки… И поэтому на вершине своей карьеры она писала своему швейцарскому другу: «Со всего мира мне приходят поздравительные письма, а я, по странной иронии судьбы, ни разу в жизни не была так несчастна, как после этой фразы» (письмо Миттаг-Леффлеру. 

А.Г.: Здравствуйте, Людмила Борисовна.
Людмила Борисовна: Добрый вечер, поздравляю с праздником радиослушателей и Вас, Александр Геннадиевич.
А.Г.: Спасибо…
Людмила Борисовна: Замечательная у нас передача с вами. Я немножко хочу вернуться в серебряный век. Помните, вот изумительная, замечательная наша поэтесса Ахматова, Цветаева, Зинаида Гиппиус, и сегодня ещё идут большие споры, что человек не может быть, там, например, если женщина поэтесса, и к некоторым относились к поэтессам, допустим к Гиппиус, что это существо или муже-женственное или жено-мужское, и конечно многие мужчины завидовали , покорялись. Но они были несчастливы. 
А.Г.: Тем более, она всю жизнь проходила в мужском костюме…
Людмила Борисовна: И в одном из стихотворений Ахматова писала, что я всюду незваный гость
«Я - голос и взгляд.
И мне не один влюблённый 
Не вывел палат».

То есть или понятие счастье это очень условно, можно быть гением и учёным, но всё равно быть одиноким. Или это просто наша такая жизнь, что одному счастьем может быть платье красивое, а другому надо быть интеллектуальным олимпом. Вот так вот… Ну, всего доброго))).

А.Г.: Два разных счастья: бывают женщины умные и глупые, в общем счастья то они хотят, наверное, какого-то очень похожего. Между прочим, на этот самый поставленный вопрос – у нас об этом мало знают, и вот не знаю, знает ли об этом Ирина, которая много в своей записи говорила о точке перепутья. Есть прямой ответ Софьи Ковалевской на этот вопрос, который она поставила себе самой. Это пьеса, драма, написанная ею, появившаяся на шведском в 1887году, и переведённая на русский язык М. Лучицкой под названием «Борьба за счастье. Две параллельные драмы». Вышла эта пьеса в Киеве в 1892году и уж, по крайней мере, вот в интернете я её не нашёл. По-моему, она так только в том киевском издании на русском языке и осталась, могу ошибаться… Но эта пьеса была написана Ковалевской вдвоём с подругой - в сотрудничестве со шведской писательницей и учёной А. К. Леффлёр/Anne Charlotte Leffler (1.10.1849 – 21.10.1892 ). По мысли Ковалевской она пыталась изобразить судьбу одних и тех же людей с двух противоположных точек зрения: как было, и как могло быть. 

В основании пьесы лежит научная идея. Ковалевская была убеждена, что все поступки и действия людей заранее предопределены. Но в жизни могут появляться такие моменты, когда появляется возможность изменений. И вот в этой точке своих жизни находясь, человек никогда не может предсказать, какой путь он изберёт. Вот эта вот гипотеза бифуркаций, как её назовёт одна из героинь пьесы, основана Ковалевской на работе Анри Пуанкаре о дифференциальных уравнениях – обратите внимание, тех самых, которые были нарисованы у неё на стене в спальне детской. Интегралы тех уравнений, которые рассматривал Пуанкаре, являются с геометрической точки зрения непрерывными кривыми линиями, которые разветвляются только в некоторых изолированных точках. Теория показывает, что явление протекает по кривой до места раздвоения, бифуркации. Но здесь всё делается неопределённым, и нельзя заранее предвидеть по какому из разветвлений будет дальше протекать явление.
Главная героиня этой двойной драмы – её зовут Алиса, конечно, в ней угадывается сама Ковалевская, и многие произносимые фразы могла бы произносить сама Ковалевская. Так вот что интересно, с точки зрения, изложенной в этой пьесе, вот это вот разветвление, выбор - точка перепутья, как сказала Ирина - разветвляется на две части: одна с любовью, а ругая без любви. На самом деле, никакого другого выбора у людей, считала Ковалевская, в общем, и не бывает. И дорога зависит от того, какой путь человек внутренне выбирает: с любовью или без любви.
Вы видите, она всё время пыталась выбрать путь с любовью. А от отсутствия любви, как ей казалось... Ведь Ирина права, и в действительности её любили, наверное, просто нам всем всё время кажется, что нам любви мучительно не хватает. А без науки и без поисков истины, как тогда говорила про Достоевского её старшая сестра, она бы всё равно не смогла. Она всё равно не смогла бы раствориться до конца ни в одном мужчине.
Вот одно из её поздних стихов. Как раз про истину.
Если ты в жизни...
«Если ты в жизни, хотя б на мгновенье
Истину в сердце твоём ощутил,
Если луч правды сквозь мрак и сомненье
Ярким сияньем твой путь озарил:
Чтобы в решенье своём неизменном,
Рок ни назначил тебе впереди,
Память об этом мгновенье священном
Вечно храни, как святыню, в груди.
Тучи сберутся громадой нестройной,
Небо покроется чёрною мглой -
С ясной решимостью, с верой спокойной
Бурю ты встреть и померься с грозой.
Лживые призраки, злые виденья
Сбить тебя будут пытаться с пути;
Против всех вражеских козней спасенье
В собственном сердце ты сможешь найти;
Если хранится в нём искра святая,
Ты всемогущ и всесилен, но знай,
Горе тебе, коль, врагам уступая,
Дашь ты похитить её невзначай!»


Я не буду продолжать читать это стихотворение, потому что время наше стремительно бежит к концу. Я хочу лишь сказать, что может быть того самого полного растворения от исчезновения, пропажи женщину как и мужчину хранит истина, которую мы ищем от боли разочарования и обид. Нас хранит, если хранит чувство нашего существования, которое невозможно без поиска чего-то своего. Поэтому, на мой взгляд, простого женского счастья не бывает, бывает только сложное. И знаете почему? Потому что если женщина говорит о простом женском счастье, на мой взгляд, её как-бы просто не существует. А вот женское счастье Ковалевской, на мой взгляд, сугубо субъективный, конечно, существует. Да ещё как!

23 января - Международный день письменности, который мы справили с вами раньше времени, и мы не успели ни слова поговорить о графологии, о значении почерка в психологии и характере, давайте продолжим с вами разговор о том, нужно ли нам по-прежнему письмо, стоит ли писать письма друг другу. И вообще, если письмо исчезнет, то может быть, характер исчезнет вместе с ним?
Спокойной ночи.

Музыка. «Золото моих волос» - ст. М. Цветаева, муз. Е.Фролова

«Золото моих волос
Тихо переходит в седость.
— Не жалейте! Всё сбылось,
Всё в груди слилось и спелось.

Спелось — как вся даль слилась
В стонущей трубе окраины.
Господи! Душа сбылась:
Умысел твой самый тайный».
17.12.2017 Выложен тренинг "Умение понимать другого человека", который ранее нигде не публиковался...
11.03.2017 Существенно улучшилось качество звучания в тренинге "Божественная комедия".
Те, кто скопировал и хранит этот тренинг у себя, - можете обновить свою копию...
25.01.2017 Полностью обновлён тренинг "Поваренная книга магии". Главное - теперь вы можете узнать, о чём он (появилось содержание) :)
14.01.2017 Впервые выложен "Разноцветный тренинг"!
27.10.2016 Большое пополнение бесед за 2007 год!
Добавилось более 100 передач, которые раньше не выкладывались.
А качество выложенных ранее передач за 2007 год заметно возросло.
01.06.2013

Большое пополнение бесед за период 20.02.2006 - 29.12.2006.

Из них 39 передач перезалиты с лучшим качеством, остальные 49 выложены впервые.

04.09.2011

Алексей Попов завершил работу над тренингом "Уроки с Катей -2 — Парижская история, или Языческие корни";
на данном сайте впервые выложена качественная аудиоверсия тренинга (в стереозвуке)

27.06.2011

запущена тестовая версия.

23.06.2011

старт проекта.